Дым табачный воздух выел.

 Комната —

 глава в крученыховском аде.

 Вспомни —

 за этим окном

 впервые

 руки твои, исступленный, гладил.

 Сегодня сидишь вот,

 сердце в железе.

 День еще —

 выгонишь,

 может быть, изругав.

 В мутной передней долго не влезет

 сломанная дрожью рука в рукав.

 Выбегу,

 тело в улицу брошу я.

 Дикий,

 обезумлюсь,

 отчаяньем иссечась.

 Не надо этого,

 дорогая,

 хорошая,

 дай простимся сейчас.

 Все равно

 любовь моя —

 тяжкая гиря ведь —

 висит на тебе,

 куда ни бежала б.

 Дай в последнем крике выреветь

 горечь обиженных жалоб.

 Если быка трудом уморят —

 он уйдет,

 разляжется в холодных водах.

 Кроме любви твоей,

 мне

 нету моря,

 а у любви твоей и плачем не вымолишь отдых.

 Захочет покоя уставший слон —

 царственный ляжет в опожаренном песке.

 Кроме любви твоей,

 мне

 нету солнца,

 а я и не знаю, где ты и с кем.

 Если б так поэта измучила,

 он

 любимую на деньги б и славу выменял,

 а мне

 ни один не радостен звон,

 кроме звона твоего любимого имени.

 И в пролет не брошусь,

 и не выпью яда,

 и курок не смогу над виском нажать.

 Надо мною,

 кроме твоего взгляда,

 не властно лезвие ни одного ножа.

 Завтра забудешь,

 что тебя короновал,

 что душу цветущую любовью выжег,

 и суетных дней взметенный карнавал

 растреплет страницы моих книжек…

 Слов моих сухие листья ли

 заставят остановиться,

 жадно дыша?

 Дай хоть

 последней нежностью выстелить

 твой уходящий шаг.

26 мая 1916, Петроград

***

Уже второй

                должно быть ты легла

А может быть

                и у тебя такое

Я не спешу

                И молниями телеграмм

мне незачем

                тебя

                               будить и беспокоить

***

И из предсмертной

Как говорят —

                «инцидент исперчен»,

любовная лодка

                разбилась о быт.

Я с жизнью в расчете

                и не к чему перечень

взаимных болей, 

                бед 

                               и обид.

Счастливо оставаться.

                Владимир Маяковский

Заключение Люшера

Томится по узам, исполненным нежности и сочувствия, по идеальной гармонии. Испытывает настоятельную потребность в нежности и любви. Чувствителен ко всему эстетическому.

Страдает от тех воздействий, которые в тесте отвергает как неприятные (см. интерпретации для -2,-3 или-4; все они в данном случае уместны) и оказывает им сильное сопротивление. Хочет лишь одного - чтобы его оставили в покое.

Hеудовлетворен. Потребность как-то положить конец его постоянной "вовлеченности" в сложившуюся ситуацию делает необходимыми поиски какого-либо выхода (предыдущая группа цветов указывает на метод компенсации, который, по-видимому, будет выбран).

Стремится к союзу, основанному на понимании, которое бы партнеры разделяли в обстановке интимной близости - это послужило бы для него защитой от тревоги и конфликтов.

Считает, что ему выпало больше всяких трудностей, чем другим. Тем не менее, упорно преследует свои цели и пытается преодолевать трудности, применяя гибкость и приспосабливаясь.

Hапряжение, вызванное нервным истощением или стрессом на сексуальной почве, которые, в свою очередь, являются результатом чрезмерного самоограничения ( в 7/8 поз., меньше в 6/7).

Считает, что его недооценивают, и находит сложивщуюся ситуацию неприятной. Ищет для себя признания и уважения со стороны окружающих, чтобы это компенсировало недостаток единомышленников, с которыми он мог объединиться и упрочить свою безопасность. Самоконтроль в сфере чувственности делает для него трудным отдавать себя, но изоляция, к которой это приводит, вызывает у него желание "сдаться"" и слиться с другими, что его беспокоит, - в его глазах подобные инстинкты - слабость, которую нужно преодолеть, только не уступая им, полагает он. Он может выстоять против трудностей сложившейся ситуации. Хочет, чтобы в нем видели желательного союзника и восхищались бы его личными качествами.

Hеуверенность, вызванная недостатком союзников (первая группа цветов нужна как компенсация).

Все необычное, оригинальное, в том числе люди с какими-либо выдающимися свойствами, производят на него сильное впечатление. Пытается перенимать те качества, которыми он восхищается и выказывает оригинальность своей собственной личности.

Потребность в уважении, которое позволило бы ему играть какую-нибудь выдающуюся роль и сделать себе имя, стала императивной. Его реакция - требование, чтобы он был центром внимания, отказывается играть какие-либо безличные или второстепенные роли.